1. Культура погибла: раньше и трава была зеленее, и писатели даровитее

Культуру оплакивают те, кто никогда не изучал ее историю. Бестолковые книги издавались всегда.

Скажем, Серебряный век русской литературы принято оценивать по произведениям классиков, но в то же время печатались такие произведения, которые современный читатель даже в руки не возьмет. И таких книг было большинство.

На книжном рынке происходит нормальный отсев: авторы присылают рукописи, редактор охает и крутит пальцем у виска, что-то печатается, что-то удачно расходится. В веках остаются единицы.

Издатели издают то, что покупается. Можно сколько угодно рекламировать книгу, но, если она не соответствует потребностям людей, ее никто не купит. У всех разные представления о прекрасном и нужном, и то, что не подходит лично вам, может звучать музыкой для кого-то другого.

2. Нон-фикшен — это роман о правде жизни, а мейнстрим — это модная литература, которую читает офисный планктон

На самом деле нон-фикшен (англ. non-fiction букв. «невымысел») — это нехудожественная литература: книги, в которых отсутствует придуманный сюжет и придуманные герои. Роман в жанре нон-фикшен — это оксюморон, так как роман в любом случае подразумевает вымысел.

Мейнстрим — это художественное произведение, в котором главную роль играет нравственное развитие героев.

Путаница в терминах происходит из-за того, что английские слова non-fiction и mainstream переводят буквально, забывая о том, что у каждого понятия в издательском бизнесе есть свой смысл и своя история.

Термин mainstream пришел из США. Так называли произведения, которые брали в печать ведущие американские журналы начала XX века.

3. Если хочешь пробиться в печать, пиши эпическое полотно

Это одна из самых распространенных ошибок начинающих авторов: им сразу хочется создать гениальное по содержанию и по форме произведение, а навыка работы с текстом еще нет. В результате появляются дикие словесные конструкции, все чрезвычайно усложнено, необычно и… абсолютно нечитабельно.

Новичку как раз легче пробиться с книгой, написанной в развлекательном жанре: добротную повесть “Как я провел лето в Турции” охотнее напечатают, чем корявое “Нашествие на матушку-Русь”.

Работа над темой, которая еще не по зубам, конечно, даст определенный опыт, но на публикацию при этом рассчитывать не приходится.

4. Моя история достойна публикации, потому что она интересна мне самому

Мало кто из новичков может ответить на вопрос: “Что моя книга дает читателю?” В большинстве текстов проглядывается только одно — желание автора выплеснуть эмоции на бумагу.

Вот, к примеру, сюжет рассказа, присланного в издательство: кавалер ждет даму, она приходит, снимает шарфик и жалуется на дурака-мужа. Секс. Сигарета. Банальные мысли о сущности любви. Занавес.

Все понятно: автор грезил о некой красотке, привел себя в чрезвычайно приятное расположение духа и решил поделиться ощущениями. С тем же успехом можно вернуться с концерта и напеть маме «Девятую симфонию» Бетховена.

Рассказ с таким сюжетом читается хорошо, когда автор владеет словом на уровне Ивана Бунина. Начинающий литератор не сможет так написать; значит, брать надо чем-то другим: темой, характерами, новой любопытной информацией. А если этого нет, то и публиковаться незачем.

Еще один распространенный вариант — описание своих страданий. В редакции десятками приходят рукописи о болезнях, разорении, тюрьмах и т.п. Автор жалуется на судьбу и хочет, чтобы ему посочувствовали. В результате к его бедам добавляется еще одна — отказ издательства. Многие люди готовы помогать тем, кто попал в беду, но мало кто готов покупать неумело написанные жалобные книги.

5. Издатели не читают рукописи, приходящие самотеком, и пробиться в печать можно только по знакомству

Конечно, по знакомству пробиться легче, но, если бы издатели не читали самотек, ничего бы и не публиковалось. Ротация писателей в книжном бизнесе очень велика: на смену одним авторам приходят другие, и большинство новых произведений находятся как раз среди книг, присланных на общий почтовый ящик издательства.

6. Издатель будет вкладываться в рекламу моего произведения, ведь он заинтересован в том, чтобы книга удачно продалась

У издателей не хватит денег, чтобы рекламировать всех авторов. Книга для них — лотерея: выиграет — хорошо, не выиграет — ну и ладно. Главное, чтобы баланс выигрышных и невыигрышных билетов не нарушался.

7. Если я расскажу редактору, как долго я работал над рукописью, это поможет произвести благоприятное впечатление

Количество затраченного времени не равно качеству. Если вы долго идете в неверном направлении, вы все равно не достигнете своей цели. Сообщение о том, что “я работал над романом 10 лет”, звучит для редакторов как “белый шум” и не дает им никакой полезной информации.  Более того, оно говорит о том, что у вас нет опыта быстрого и качественного написания книг — а это важно, если вы хотите создать серию.

8. На запятые и мелкие речевые ошибки можно не обращать внимания — если что, в редакции поправят

Поправят, если ваша тема — это гарантированный бестселлер (заметим: речь идет о теме, а не о сюжете и стиле изложения).

А если вы делаете ставку на что-то другое и при этом допускаете много погрешностей, книга полетит в мусорную корзину. Исправлять чужие ошибки — это тратить рабочее время, которое кто-то должен оплачивать.

9. Издатели страшно наживаются на “левых” тиражах и не платят авторам законных гонораров

Эта легенда особо популярна среди начинающих авторов, которые не понимают, почему они так мало зарабатывают. На самом деле “левые” тиражи еще надо заслужить — в обход автора печатают только сверхпопулярные произведения. Половину книг, издающихся в России, в принципе невозможно продать, и никто не будет переиздавать то, что и так лежит мертвым грузом.

“Левые” тиражи печатаются на провинциальных полиграфических комбинатах. Делается точная копия — со всеми исходниками, включая название типографии и номер заказа. Если нет очевидного производственного брака, то отличить оригинал от подделки сможет только эксперт.

На местах имеется сеть распространителей. По документам они покупают две книги, изданные в законном порядке, а к ним прибавляют ещё восемь контрафактных экземпляров, которые, разумеется, обходятся дешевле.

Бизнес этот давно поделен, и нередко ему покровительствуют местные власти. Договоренность примерно такая: наша полиция не будет вас обижать, а вы нам сделаете агитационные материалы к выборам. При этом официально такой комбинат не печатает ничего, кроме районной газеты и бланков счетов-фактур.

10. Писательская слава — это очень приятная штука

Если ваша книга «выстрелит», то первое, с чем вы столкнетесь — это массовое недоверие. Журналисты, коллеги, знакомые — все будут недоумевать: как вам удалось выбиться в знаменитости? Вы что, взятку кому-то дали?

Это закон жизни: тех, кто высовывается, не любят. В особенности поначалу, когда вы уже стали известны, но еще не заработали статус гуру.

Писательская слава — это в том числе несколько придворных шизофреников, которые будут выискивать ваши огрехи и выставлять их на всеобщее обозрение. Это вечное беспокойство: “А что, если моя следующая книга будет продаваться хуже предыдущей?”

Хотя, надо признать, у писательской славы есть два больших плюса: восторженные читательские отзывы и неплохие заработки.

Эльвира Барякина об авторе

5 комментариев

  1. Блин. Моя книга. Как же я хочу наконец дописать ее и чтобы она была оценена по достоинству

  2. Спасибо! Очень полезно и доходчиво! Захотелось почитать Бунина – что ж у него такого особенного ? )))

  3. Ротация, говорите…. за последние 5 лет только одно имя на слуху – Гузель Яхина. Но как сказал один из издателей – это проект одного крупного издательства. Какого не уточнил. Да и ладно. суть в другом. Сейчас в России более 200 тыс авторов, которые чего-то пишут и даже публикуются на различных площадках. Если воспользоваться законом распределения Гаусса, то около 10% – это ни о чём, 80% – те кто может написать нечто связное и 10% тех кого читать можно. 2000 таланты и 200 почти гении. И где? Лауреатов различных премий имени чьего-то имени не бру во внимание. А вот так чтобы на всю страну только она – Гузель Яхина. И всё. Да, тут ещё накладочка вышла, книжная выставка на ВДНХ сократилась по площади вдвое. Квадратные метры занял павильон “Рыбалка”.

  4. Вот, что интересно: сначала роман никто не воспринимал,типа,он был тупой,как и сама писательница и вдруг…небеса разверзлись и слава ее взлетела высь,как голубь, вырвавшийся на свободу из надоевшей ему голубятни!
    Существует мнение, которое озвучил видный российский писатель Юрий Поляков: «Первоначально «Зулейха…» по причине полной литературной беспомощности была отклонена издателями, Но вдруг за неё крупно «вписались» серьёзные казанские руководители»[8].

    В 2015 году писательница стала лауреатом Национальной литературной премии «Большая книга», также её роман был отмечен премиями «Ясная поляна» и «Книга года».

    По данным на апрель 2018 года, первый роман «Зулейха открывает глаза» Гузель Яхиной был издан на 20 языках, вся проза писательницы переведена более чем на 20 языков мира[4][9][10].

  5. Тут в комментариях речь зашла о Гузель Яхиной. Не поверите, не читал вообще! Смотрю на полки книжных магазинов и – о, Господи! – как много отечественных фантастов, авторов детективов и различных книг для детей. Если говорить о фантастике, то одна серия “Сталкера” чего стоит, а уж про серию “Фантастический боевик” от “Армады” и говорить нечего – самые разные произведения от лютого графоманства до приличных и глубоких книг. Глаза разбегаются. Действительно, в стране много, очень много писателей – выбирай на вкус и цвет! Каждому найдется, что почитать. Не все сводится к попсовым авторам.

Добавить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные для заполнения поля помечены *

Оставить комментарий